Форум » Исторические сюжеты » Il Novellino » Ответить

Il Novellino

Вергилий: В этой книге собрано несколько цветов изящной речи, ответов учтивых иль остроумных, примеров щедрости и отваги, которые являли в прошедшие времена многие достойные люди. © Новеллино Сборник ста новелл, известный под названием "Новеллино", был создан в самом конце XIII в. Собранные в нем поучительные и забавные истории отражают суть того времени, быт и отношения между людьми различного социального положения и достатка. В нашем случае игра «Новеллино» является прежде всего литературным проектом, и станет сборником совместно написанных историй во временном промежутке охватывающем 100 лет: с 1450 по 1550 годы. Место действия – города-государства Италии. Время действия – эпоха Возрождения.

Ответов - 27, стр: 1 2 All

Вергилий: Caterina Sforza пишет: Почти не глядя на Риарио, графиня надела ему на голову венок, благоухающий сладко-горьким, дурманящим ароматом, и вдруг ее ладони замерли у самых щек мужчины. Катерина чуть обернулась назад. Выражение ее лица из благодушного и смущенного превратилось в напряженно сосредоточенное. - Слышите? – На другом конце поляны из-за цветущих кустов терновника доносился чей-то приглушенный смех. Заметив, что все еще держит руки у лица кардинала, Катерина резко отдернула их и залилась румянцем. Однако даже пламенное смущение не лишило ее подозрительности и чувства опасности. Поднявшись на ноги и подобрав подол платья, чтобы не шуршал о траву, молодая женщина, подкралась к кустам бесшумно, как кошка. В просвете между ветками можно было увидеть речушку, а на отдалении – две фигуры: мужскую и женскую. Присмотревшись, Катерина узнала по одежде своего супруга и монну Паолетту… Смеясь, хмельной Джироламо обнял вдову и повалил ее наземь, руками стараясь поскорее задрать пышные юбки. Катерина поспешно отвернулась и, не произнося ни слова, упала спиной в траву. Лицо ее было страшным в тихой ярости. Сжав кулаки, графиня дважды ударила ими о землю. Raffaele Riario пишет: Длинные пальцы вовремя перехватили венок, чтобы он не свалился с головы. Рафаэле чувствовал себя крайне неловко. Наверное, это было Божье наказание за смех над молодой вдовой. Впрочем, внутреннее чутье подсказывало ему, что, окажись он наедине с той женщиной, не испытывал бы никакой неловкости, ибо то была бы привычная его преосвященству игра в кошки мышки. Поспешно поднявшись, кардинал обратил внимание на источник звука и без труда узнал дядюшку и его спутницу. В следующий же момент Рафаэле вместо ангела увидел перед собой разъяренную фурию. То ли поддавшись отчаянному порыву, то ли намереваясь успокоить, не думая о том, как это может быть истолковано потом, Рафаэле опустился на траву рядом, удержав руку графини за запястье. - Тише, - лицо его оказалось близко. – Тише, не надо. Сердце, казалось, подпрыгнуло к горлу. Над ними в цветущих ветвях пели птицы, и это пение казалось кардиналу ангельской насмешкой. Сам не ведая что творит, Рафаэле коснулся губами щеки молодой женщины. Соскользнув с головы, майский благоуханный венок упал в траву. Il Novellino

Вергилий: Начат третий эпизод новеллы "Кровные узы". После майских событий кардинал Риарио решает наглядно продемонстрировать богатство и влияние, чем немало досаждает своему дядюшке. Жена Джироламо Риарио стремится оградить Рафаэле от неприятностей. Raffaele Riario пишет: Рим в конце июня похож на раскаленную сковороду. Небосвод, словно крышка, которой придавливают шкварчащее мясо. Пока пройдешь по улице, сойдет семь потов. Жаркое солнце не жалеет никого, заставляя смиренно опускать голову и прятать глаза. Камни нагреты до того сильно, что тепло проникает сквозь подошвы башмаков. Пар, как известно, костей не ломит, но пятки жжет. Горожане ходят быстро, поближе к домам или стремятся в тень деревьев. Мужики торопливо утирают пот рукавом, а люди благородные аккуратно промокают лоб платком. Дамы прячут лица под вуалью, чтобы не сделаться смуглыми как простолюдинки, щеки и руки которых словно покрыты бронзой. Но сегодня, в день Петра и Павла, даже несмотря на жару и безжалостное солнце, стояли римляне сплошной стеной, в три ряда, и завороженно глядели, как степенно двигается вдоль улиц процессия с дарами вечному городу от кардинала Риарио. Сам кардинал ехал во главе на длинноногом белом жеребце и взирал на приветствовавший его люд так, будто только что спустился с неба - с величавым спокойствием. С восхищением смотрели взрослые и дети, перешептывались, показывали пальцами. Сверкали узорные бляшки на сбруе, блестела вышивка попон. От богатства и блеска перехватывало дух. Когда настал вечер, пришло время веселого пира. В кардинальском палаццо собрались церковные сановники, благородные мессеры и донны. Щеголяли друг перед другом изысканными манерами, украшениями и богатством одежд. Выписывали белыми, усыпанными перстнями руками изящные жесты. Рассказывали друг другу последние сплетни, упражнялись в остротах. Звучала музыка. Ноты смешивались с щебетанием девиц да веселым, дружным смехом. На длинных столах красовались золотые и серебряные блюда. Слуги, спеша угодить гостям, ловко разливали по кубкам вино. Семнадцатилетний Рафаэле Риарио, как и большинство его родственников, умел пускать пыль в глаза. Il Novellino

Вергилий: Caterina Sforza пишет: Майское солнце стало жарким, а потом сменилось душной июньской ночью. Стоит только сделать шаг, и в этот раз уже невозможно будет остановиться. Взывающая к себе бездна не отпустит. Катерина и сама дивилась серьезности своих мыслей. Не смотря на юность, она знала, как легко мужчины и женщины увлекаются, как легко ими овладевает соблазн. Грех сладок, но далеко не всегда подразумевает любовь. Чаще всего друг к другу притягиваются тела, а не души. Так стоит ли беспокоиться? - Между тем, Вам следовало бы поостеречься, - возразила молодая графиня, хмуря золотые брови. – Джироламо все чудится, будто Вы хотите посягнуть на то, что принадлежит ему. Он слаб, но в слабости своей может быть коварен. Катерина подумала, что ей ничего бы не стоило заставить благоверного супруга злиться еще больше. С другой стороны, и ее бы должно беспокоить возвышение кардинала, но молодая женщина испытывала лишь радость от этого. Не в силах устоять на месте, графиня направилась вперед по галерее, тонувшей в полумраке, и увлекла за собой Рафаэле. Напоминая ему о неразумности их поступков, Катерина противоречила сама себе, спеша вновь оказаться вдалеке от людей, музыки и танцев, которые так любила. - Какой большой палаццо… Но Вам в нем будет одиноко, Ваше преосвященство. Разве нет? – спросила Катерина без тени кокетства. Наконец, остановившись, она прижалась лбом к холодной стене и закрыла глаза. Raffaele Riario пишет: - Чтобы пес не бросался, его хорошо прикармливают, - усмехнулся Рафаэле. Кого он называл псом - себя или дядюшку, кардинал не уточнил. Оба были хороши. Риарио не о чем было беспокоиться, он действительно не был обделен вниманием папы и в средствах недостатка не испытывал. Джироламо же, несмотря на провал заговора, тоже отделался довольно легко. И все-таки, Катерина беспокоилась. Знала что-то? Или таким образом выражала симпатию к "племяннику"? Они оба были молоды и видели мир примерно одинаково - сквозь призму амбиций, гордости и подспудной боязни в одночасье потерять все. И как бы Рафаэле не отмахивался от мнимых опасностей, он понимал, что во второй раз ему может не повезти так, как с флорентийским инцидентом. Если тогда ему посчастливилось остаться в живых и не быть запечатленным на стенах палаццо делла Синьория умелой рукой Сандро по прозвищу Боттичелли, то в следующий раз он может оказаться обесславленным ровно так же, как висельники Пацци. - Пока что у Его Святейшества хватает сил сдерживать псов на поводу. Я надеюсь, что и в будущем его хватка не ослабнет, - ирония была горькой. Риарио не скрывал того, что прекрасно понимает всю ситуацию внутри этой компании стервятников, связанной взятками и родственной порукой. Неужели только об этом хотела говорить графиня Сфорца? Катерина стремительно направилась вперед, и ему пришлось поспешить следом. Ответ на вопрос пришел почти мгновенно. Молодая женщина томилась, и Риарио отметил это не без потайного торжества. - Со мной Господь и Его ангелы, с ними никогда не бывает одиноко, - ответил кардинал, пристально глядя на супругу Джироламо. Намек был понятен: пока она рядом, ему спокойно и светло. Il Novellino

Вергилий: • Третий эпизод новеллы "Кровные узы" завершен. Начат четвертый. События разворачиваются через десять лет после событий предыдущего эпизода, в 1488 году. Джироламо Риарио вероломно убит семейством Орсо. Его вдова, Катерина Сфорца, обманом и силой одержала верх над заговорщиками, чтобы затем жестоко отомстить им. Папа Иннокентий VIII официально наделил властью малолетнего Оттавиано, назначив его мать регентом. Он также направил в Форли кардинала Рафаэле Риарио якобы для защиты вдовы и сирот, а в действительности же для того, чтобы он проследил за своенравной и, казалось, совершенно непредсказуемой женщиной. Il Novellino

Вергилий: 2 июля "Новеллино" празднует 2,5 года игры. Спасибо соратникам и друзьям! Il Novellino

Вергилий: Caterina Sforza пишет: Няньки, коих было множество, привели в залу детей Катерины Сфорца, и музыка тут же стихла по ее повелению. Бьянка среди шести чад графини была самой старшей. Десять лет назад она принимала благословение кардинала, будучи младенцем, лежащим в колыбели, ныне же подошла к нему сама, склонила голову, коротко взглянув желтыми, как у матери, глазами. Восьмилетний Оттавиано более всего походил на отца. В нем будто бы возродился погибший от рук заговорщиков Джироламо Риарио. Чезаре и Джованни с фамильным упрямством Сфорца самостоятельно доковыляли до Рафаэле Риарио и, хотя были еще очень малы, старательно склонились перед ним в учтивом поклоне подобно взрослым мужам. Галеацо и Франческо, орущих так, что и черти в аду, казалось, позажимали уши, поднесли заботливые кормилицы. Катерина, удовлетворившись тем, что все ее дети получили благословение, по очереди взяла на руки младших мальчиков. Те, оказавшись в объятиях матери, затихали на радость выбившимся из сил нянькам. Когда все уладилось, графиня отправила спать и нянек, и своих отпрысков, нарушив идеалистическую семейную картину. Трапезная вновь наполнилась умиротворяющей музыкой. - Как в улье… - повторила Катерина и, не сдержавшись, иронично хмыкнула. – А у нас тут что-то наподобие испанской корриды. Только вместо быка оказался тигр. В голосе молодой женщины сочилась горечь. Никто из Рима не пришел защитить ее, никому в Вечном городе не было дела до вдовьих бед, а теперь Папа прислал соглядатая, словно боясь, что гнев Тигрицы Романьи распространится вплоть до его святого седалища. - Поведайте мне, Ваше преосвященство, что же тревожит Священный улей. Или… быть может, о том, что тревожит Вас, - Катерина отпила немного вина из кубка и, подперев щеку рукой сжатой в кулак, посмотрела на Риарио тяжелым и прямым взглядом. Raffaele Riario пишет: Благословляя каждого из детей по очереди, Рафаэле исподволь следил за их матерью. Не даром флорентиец Боттичелли рисовал ее в образе Мадонны, и во взгляде, которым она смотрела на младших своих сыновей, на мгновение промелькнуло былое тепло. Кардинал украдкой вздохнул, когда потом Катерина обратилась к нему с ироничной усмешкой. Своей вины он не чувствовал, искренне полагая, что Джироламо расплачивался за собственную спесь. Лезть на рожон ныне не следовало, когда многочисленные отпрыски генуэзца Иннокентия заполнили Ватикан. Род Риарио со смертью Сикста IV утратил былое влияние, и Рафаэле оставалось быть тише воды ниже травы, преданно служить нынешнему понтифику и не делать неосторожных шагов, ибо Иннокентий благосклонно относился к Медичи, по понятным причинам имевших на Риарио зуб. Стоило ли быть откровенным? Привыкший осторожничать, кардинал не мог дать точный ответ на этот вопрос. Привычка говорить нейтрально и мягко, а иной раз недоговаривать, прочно въелась в характер. Тихий голос, плавные жесты, полуулыбка, не сходящая с лица. С виду богатый, довольный жизнью и сытый, он, будучи истинным обитателем Ватикана, тщательно прятал страх. Когда прямой взгляд янтарных глаз встретился с ореховым обманчиво мягким, Рафаэле сказал: - Священный улей волнуют османы. В Риме говорят, что на флорентийских лугах получается самый сладкий мед. Что же до меня, любезная монна, я счастлив, обласкан судьбой и ни о чем не забочусь, кроме вверенных мне Его Святейшеством дел, - последнюю фразу можно было толковать двояко, и это право Рафаэле предоставил графине, не став ничего пояснять. Il Novellino

Вергилий: Мы начинаем новый сюжет, который является попыткой обыграть всем известную историю в реалиях Флоренции эпохи Ренессанса. • Realta. Богатый рыцарь Федерико дельи Адимари, прозванный Ардженти, сватается к красавице Джованне Кастеллани, и хоть ее семейство не против этого брака, сама девица противится ему настолько, что доходит до оскорбления. Прилюдно высмеяв Федерико и его щегольство, она заявляет, что лучше выйдет замуж за нищего калеку, нежели станет супругой самодовольного Ардженти. Возмущенный таким ответом, отец девицы решает исполнить ее желание, а Федерико заключает с друзьями пари, обещая усмирить крутой нрав Джованны. Место: Флоренция. Время: апрель - октябрь 1473 года. Il Novellino

Вергилий: Bianca Ruta пишет: По утрам донна Бьянка умывалась молоком, а руки и шею натирала розовой водой. Как всякая дочь Евы не ведала она жизни без маленьких хитростей, способствующих поддержанию красоты, здоровья и свежести. До сих пор, однако, медновласая донна прибегала к их помощи не столько из тщеславия, сколько по необходимости. Ведь красота, если позволительно сказать так, кормила ее слуг и саму донну Бьянку. Теперь же ей хотелось привлекать к себе лишь один взор, лишь для одного мужчины быть приятной и приветливой. Увы, надобно было не позабыть и о других, чьи желания неуемны. Каждый из них считал ее своею, и куртизанка, сочиняя прошлым вечером для них письма, думала с горечью, что так же вот стремятся владеть лошадью или богатым нарядом. Ах, эти мужчины! Жадность, тщеславие и похоть влекут их к свободной, не стесненной узами брака, женщине и, чем дольше длятся их похождения в ее дом, тем больше они требуют внимания, а потом, кровь Христова, они жаждут верности! Сказал бы кто на милость, откуда ей взяться у куртизанки! До поздней ночи донна Бьянка писала, словно упражняясь в красноречии, а на утро, ухаживая за своей красотой, увидала вдруг письмо, обращенное к ней самой. Оно лежало в корзине с цветами, принесенными из сада. Столь изысканы и сердечны были слова, аккуратно выведенные на бумаге, что Бьянка Рута замерла, не в силах дышать. Вся она трепетала, а потом, рассмеявшись, послала за верным Пинуччо. Когда вошел он, куртизанка с трудом могла сокрыть охватившую ее радость. - Милый мой друг, - донна Бьянка прижимала драгоценный листок к груди и смотрела на карлика игривым взглядом, словно желая, чтобы он сам разгадал ее секрет, - мне пришло письмо. Сколь великолепно оно, знал бы ты! Скажи же, кто приходил сегодня? Автор письма сохранил свое имя в тайне и, мне неведомо, кому быть благодарной. Улыбка же и взгляд Бьянки Руты говорили о том, что она мнит, будто уже знает, кто исповедовался ей в любви. Pinuccio пишет: "Любезная монна Бьянка. Да будут благословенны прелестный взор, читающий эти строки, и ваша нежная рука, что держит сей лист бумаги. Надежды полно мое сердце на то, что вы дочитаете послание до конца. Пусть исповедь моя не смутит вас и не нарушит привычный покой, ибо она будет коротка. Ничего не требую я взамен... Однако же искренне хочу раскрыть тайну сердца, поскольку чувство, переполняющее меня, столь сильно, что терпеть более невмочь. Я люблю вас больше жизни и всех благ, которыми одарил меня Бог, ибо встреча с вами - наивысшее счастье. Я грежу вами во сне и наяву, и если бы можно было просить о том Господа, хотел бы видеть ваше лицо вместо солнца, ибо оно кажется светлее и красивее, чем самое царственное из небесных светил. Трепет и волнение охватывают меня всякий раз, когда я нахожусь поблизости. Страсть выжигает душу так сильно, что я боюсь однажды превратиться в пепел у ваших ног. Но даже если однажды случится так, я буду рад тому, что стал частью благословенной земли, по которой вы ступаете, ибо хотя бы так, недостойный и ничтожный, приближусь к вам. Ваш покорный слуга с тех пор, как увидал вас, я клянусь всегда быть рядом и служить вам до тех пор, пока смерть не сомкнет моих глаз и не запечатает уста. Храни вас Господь, прекрасная монна, и пусть каждый ваш шаг вам сопутствует Фортуна". Слова этого послания карлик Пинуччо мог бы повторить наизусть, с закрытыми глазами, даже если бы его разбудили ночью. Он мог бы сказать это монне Бьянке в лицо, потому что действительно думал так, однако по понятным причинам не осмелился бы на такое. Поэтому, выслушав собственные же строки, с мягкой улыбкой извечного озорника, заложив маленькие ладони за спину, хитроумный Купидон сказал: - Уже ли вы, монна, думаете, что этот человек не назвался бы, если бы хотел? - потянувшись, он жестом попросил письмо и, вынув его из тонких надушенных пальцев куртизанки, покачал головой. - Написано на хорошей бумаге хорошими чернилами. Не так уж давно. Прекрасный слог, хоть и простоват немного. Il Novellino

Вергилий: Еще один начатый нами сюжет "Госпожа моя Смерть" повествует о событиях исторических, но через призму суеверий. • Inventiva. В 1509 году, на протяжении нескольких месяцев, жители осажденной Пизы сопротивлялись флорентийцам. Когда многие горожане стали умирать от голода, пизанцы были вынуждены сдаться. 8 июня 1509 года пала Вторая Пизанская республика, и занявшие город флорентийцы стали укреплять позиции, жестоко карая защитников суверенитета. Кондотьер Микеле Альво получает тяжелое ранение и видит Смерть, пришедшую за его душой. Сопротивляясь ее воле, не желая оставлять жену и детей в городе разоряемом флорентийцами, он обрекает себя на судьбу гораздо более страшную, чем гибель. Место: Пиза. Время: 1509 год. Il Novellino

Вергилий: Прав был великий да Винчи, о бумаге и чернилах однажды притчу написав. На письменном столе стопкой лежали одинаковые листы чистой бумаги. Но однажды один из них оказался сплошь испещренным крючочками, черточками, завитками, точками... Видимо, кто-то взял перо и, обмакнув его в чернила, исписал листок словами и разрисовал рисунками. - Зачем тебе понадобилось подвергать меня такому неслыханному унижению? - в сердцах спросил опечаленный листок у стоявшей на столе чернильницы. - Твои несмываемые чернила запятнали мою белизну и испортили бумагу навек! Кому я теперь такой буду нужен? - Не тужи! - ласково ответила чернильница. - Тебя вовсе не хотели унизить и не запятнали, а лишь сделали нужную запись. И теперь ты уже не простой клочок бумаги, а написанное послание. Отныне ты хранишь мысль человека, и в этом твое прямое назначение и великая ценность. Добрая чернильница оказалась права. Прибираясь как-то на письменном столе, человек увидел беспорядочно разбросанные пожелтевшие от времени листки. Он собрал их и хотел было бросить в горящий камин, как вдруг заметил тот самый "запятнанный" листок. Выбросив за ненадобностью запылившиеся бумажки, человек бережно положил исписанный листок в ящик стола, дабы сохранить как послание разума. Il Novellino

Вергилий: 2 января проекту "Il Novellino" исполнилось три года.

Вергилий: Мы снова в строю. "Лекарство от забвения" - продолжение истории Федерико Ардженти и его супруги Джованны. • Realta. Через несколько месяцев после свадьбы с Федерико дельи Адимари происходит несчастный случай. Разбившись во время охоты на кабана, он долгое время проводит в беспамятстве. Придя в себя, перестает узнавать любимую жену и напрочь забывает о том, что связывало его с монной Джованной. Не желая мириться с таким положением, молодая женщина сговаривается с друзьями рыцаря. Джованна прибегает к изощренному обману, чтобы привести Ардженти в чувства и заставить вспомнить прежде ненаглядную жену. Место: Флоренция. Время: год 1473-74, декабрь - апрель. Il Novellino



полная версия страницы